На время реализации проекта Александр вместе с семьей переехал в Хабаровск. Его супруга также участвует в росписи, дети устроены в школу и детский сад. Предполагается, что проект продлится до 2028 года, однако точные сроки сложно прогнозировать из-за творческого процесса: заказчик может внести изменения, а расчеты могут подвести. Эскиз создавался с помощью программы, но при нанесении сюжетов возможны корректировки.

По словам Чалдина, работа на высоте — не главная сложность. Самое трудное — правильно спланировать рисунок. "Фигура святого высотой в три этажа: пока пишешь лик, не видишь ног, отойти посмотреть нельзя из-за техники безопасности. Ошибся — замазываешь белилами, и пропадает недельный труд", — пояснил он. В бригаде иконописцев у каждого своя задача: один пишет лик, другой — одежды, третий — фон, четвертый — орнамент. Такой подход, зародившийся еще в древности, позволяет уйти от гордыни и индивидуализма.

"При большом количестве разных рук индивидуальность размывается, объект выглядит цельным. Смотришь на роспись и думаешь, что писал один художник, хотя в бригаде может быть до тридцати мастеров! Для храма это лучший подход. Есть храмы, где художники делили композиции и расписывали их в разных стилях — это бросается в глаза. Даже видно, где мужчина писал, где женщина: ход кистевой линии разный. В искусстве это допустимо, но не в храме, где задача — рассказать о святом, а не показать свое мастерство", — уверен иконописец.

Строительные леса в храме пришлось возвести на рекордную для подрядчика высоту — 35 метров, что почти соответствует двенадцатиэтажному дому. Для их сборки потребовалось около семи грузовиков конструкций. Доски заказывают регулярно. "Из-за разной геометрии стен — прямых и закругленных — приходится докладывать доски, чтобы у художников был безопасный доступ. Как штукатуры и строители, мы не можем постоянно быть прикреплены альпинистскими системами — это помешает рисовать. У тебя в одной руке кисть, в другой краска, палитра заставлена, и работать со всем оборудованием становится невыносимо сложно. Поэтому создали коридор в коридоре. Этажи полностью ровные, застелены фанерой, есть ограждения, освещение, розетки, лебедки. Максимально комфортные и безопасные условия для художников", — рассказал Чалдин.

К высоте иконописцы уже привыкли и не замечают ее, хотя Спасо-Преображенский собор — самый высокий храм из тех, что им доводилось расписывать. Под купол поднимаются утром, спускаются к обеду и снова наверх до вечера. К концу рабочего дня затекают руки и ноги, болит спина, ведь порой приходится писать в неудобной позе. Однако на это не обращают внимания: радует конечный результат, когда разбирают леса.

В бригаде Чалдина работают пять женщин, на них приходится самая кропотливая часть — вся орнаментальная роспись. Это требует усидчивости и умения работать даже лежа. "Это трудно, но мы никого не заставляем надрываться: устал — отдохни. Нельзя расписывать храм через силу, должно быть в удовольствие. Но у нас все заинтересованы в результате, глаза горят, иногда так увлекаются, что и в выходной спешат дописать сюжет!", — отметил руководитель.

Обычный храм бригада расписывает за полтора года, на хабаровский уйдет минимум три года. Это серьезный отрезок жизни, отданный одному собору. Иконописцы уже признаются, что по завершении работ будут очень скучать. Храм в Хабаровске стал для них знаковым объектом. Мастерская "Благоукраситель", входящая в систему РПЦ, считает его своей творческой точкой входа.

Для Чалдина это четырнадцатый храм, который ему и бригаде доверили расписать. За двадцать лет работы иконописцем он изобразил более ста фигур высотой четыре метра. В хабаровском соборе бригаде предстоит создать около шести тысяч образов! "Храм огромный, отсюда такие цифры. В алтаре уже написан цикл, он закрыт от простых людей. Готов цикл на колоннах. Затем идут стены, плюс притчи Господни — они пишутся очень редко. Из-за большой площади у нас появилась возможность написать притчи. Также праздники Господни. В куполе будут архангелы, ангелы — их тоже много. Это на высоте около 70 метров", — рассказал художник.

В Хабаровске иконописец впервые получил вызов — писать притчи. Это поучительные истории, рассказанные Иисусом и включенные в Евангелие. Среди них сюжеты о блудном сыне, неправедном судье, милосердном самарянине, безрассудном богаче и другие.

Работа иконописца очень ответственна: нельзя выйти за рамки или отклониться, иначе человек не так прочтет изображенное. Художники сетуют, что прихожанам не хватает религиозного образования. По этой же причине стараются не изображать в храмах сюжеты, которые могут вызвать неправильное восприятие. Например, святого Христофора с песьей головой — про него советуют почитать на досуге.

Иконописцы уже успели полюбить Хабаровск. Отмечают, что в нем есть красивые места для прогулок и отдыха. Правда, до сих пор не могут привыкнуть к поведению автомобилистов на дороге. И, как настоящие дальневосточники, вступают в вечный спор, где водители культурнее — в Хабаровске или Владивостоке. "Уверен, что в Хабаровске люди за рулем ведут себя хуже, подрезают, хамят. Я тоже автомобилист и каждый день вижу минимум три нарушения ПДД. На западе страны такого нет. Там повсюду камеры, и участники движения знают, что за любую провинность получат штраф, и это их дисциплинирует", — говорит Чалдин.

Иконописец мечтает создать в Хабаровске мурал на православную тематику. Он готов сделать это бесплатно, лишь бы предоставили такую возможность. Надеется, что в городской администрации заинтересуются. "Передайте мэру, что я могу в свободное время создать мурал. Это тоже проповедь, демонстрация нашей веры. Хабаровск — Город воинской славы, сейчас здесь изображают знаменитых военных, но и в православной вере немало доблестных воинов! Я хотел бы создать мурал с Георгием Победоносцем — яркий, с композицией, выполненной по канонам. А если захотят больше и дадут еще дома, сделали бы Александра Невского, Дмитрия Донского и других канонизированных воинов, которыми славится русская земля", — поделился иконописец.