Юрист Юлия Якель пояснила, что такое регулирование является неправомерным: «Общины коренных малочисленных народов имеют статус юридических лиц. Их деятельность направлена не только на удовлетворение базовых потребностей, но и на сохранение традиционного образа жизни, включая хозяйственную деятельность и реализацию рыбы. Закон закрепляет такую деятельность как традиционную и особо значимую для этих народов».

На территориях традиционного проживания общины зачастую выступают как градо- или поселкообразующие структуры. Они обеспечивают занятость коренного населения, позволяя людям не только прокормить семьи, но и получать минимальный доход для оплаты коммунальных услуг, покупки рабочей одежды, медицинских препаратов и других необходимых вещей.

Как и другие предприятия, общины оформляют заявки на вылов рыбы, сдают отчетность, уплачивают налоги и сборы, полностью выполняя свои обязанности юридических лиц. Однако квоты, предоставляемые им «для личного потребления», значительно ниже, чем для других участников рыбохозяйственной отрасли.

Для большинства коренных народов региона рыболовство — основной источник существования. Оно обеспечивает не только этническое питание, но и экономическую деятельность, которая исторически является способом поддержания жизнедеятельности общин. Юлия Якель подчеркнула, что жизнеобеспечение включает все необходимое для достойной жизни, а не только пропитание.

По ее словам, действующий подход к квотированию создает ряд проблем:

• не учитывается юридический статус общин;
• общины ставятся в неравные условия по сравнению с другими предприятиями;
• игнорируются расходы на содержание организации, которые невозможно покрыть квотами «на пропитание»;
• возрастает риск разрушения традиционного уклада, так как экономическая невыгодность промысла грозит распадом общин и ростом безработицы.

Коренные народы Приамурья требуют признать спорные нормативные акты незаконными и пересмотреть порядок распределения квот с учетом реальных потребностей общин при ведении традиционного хозяйства. Юрист отметила, что этот процесс выходит за рамки спора о доступе к ресурсам.